Из чего можно сдеать вывод, что до бездари я ещё не упала...
Приятно^^
Все-таки люблю МаксоГамов. Уже из-за единственного "Маааксик!.." -
Собственно говоря заявка:
Т5-39. Максим/Гамлет. Гамлет доводит Макса до рукоприкладства. "Этого ты хотел?"
Мое исполнение
Мое исполнение:
Полночь. Часы еще не начали бить, а Максим уже четко ощущает, что до неё остались секунды. Он отрывает взгляд от мерцающего экрана компьютера, и темнота перед ним на миг кажется зыбкой, тягучей, как клей. Xотя когда глаза привыкают, мало что меняется. Темнота остается. И тишина, нарушаемая гудением системника. Когда Гамлета нет, только они и составляют Максиму приятную, тихую компанию. Безмолвную.
Где же он? Ушел гулять – вернусь не скоро. Стандартный набор слов, которые Гамлет на одном дыхании выпалил в динамик, когда Макс поднял трубку. Нужно было спросить, с кем он гуляет, тогда достаточно было бы сделать пару звонков, и Гамлет уже был бы доставлен к порогу дома. Так с кем же он?
Часы, которые однажды приволок Гамлет, бьют час. Базовая мелодия Windows, с которой выключается компьютер, режет слух и нарушает царящее безмолвие. Они живут далеко от шоссе, в тихом районе, на что, кстати, постоянно жалуется Гам, и звуков машин здесь тоже почти нет.
И голоса Гамлета нет.
Тишина давит на уши.
Когда входная дверь, наконец, хлопает, Максим все еще сидит в своем кресле, выжидательно глядя на ярко осветившийся проем двери. Где его носило?
-Максик! – доносится из коридора настолько звонко и развязно, что тот, чувствуя, как сжимается сердце, идет к свету… и видит Гамлета, старательно распутывающего длинный шарф, который, по утверждению хозяина, «придает ему облик трагического героя».
-И что это было?- хмурится Максим, глядя, как Гамлет придирчиво изучает свое отражение в ближайшем зеркале. На его лице удовлетворение, губы изогнуты, а в глазах плещется что-то, что Макс никак не может разобрать. Впрочем, и не хочет, в глазах у Гамлета иногда такие черти пляшут, что лучше лишний раз не разбираться.
-Это был пир…- тянет Гамлет и подходит к нему своей плавной, а сейчас немного нетвердой походкой,- …во время чумы!
Или дешевое вино, отмечает Макс.
-Нормальный человек предупредил бы, когда он вернется, а также с кем он гуляет и где. Это по меньшей мере неправильно, оставлять в неведении людей, которые за тебя переживают,- он говорит с упреком, и теперь хмурится уже Гамлет и кривит красивый рот.
-Зануда! А я вот… с Робеспьером был. И он не читал мне лекции!- видя, как меняется лицо Максима (всегда же замечает такие вещи, засранец!), он продолжает довольно,- Мы с ним вполне весело провели время, пока ты,- перст указующий упирается Максу в солнечное сплетение,- любил свой компьютер! Считай, что ты такого красивого меня просто променял на бездушную машину!
Одно упоминание Робеспьера сносит Максу голову. Вот значит, с кем у нас Гамлет (между прочим, его Гамлет) зависает! И наверняка же приплел его не для красного словца. Он и так устал, ждал его до ночи, а полупьяный Гамлет хочет ему устроить разбор полетов? Или…да, отлично, пусть уходит к своему Робу, если так…
«Я умею держать себя в руках»- останавливает он себя, твердо глядя на возлюбленного. Умение останавливаться бывает очень полезно… Тот должен почувствовать, в каком настроении дуал. Понять и заткнуться.
Гамлет действительно на миг замирает, глядя на Максима, как щенок – печально, невинно, хотя в огромных глазах явный вызов. Он проверяет Макса на прочность – накричит, заткнет, обнимет, что?
Наверное, лучше всего Максим научился именно останавливаться.
Горький разворачивается и уже направляется к спальне – в конце концов, Гамлета он дождался, а завтра рано вставать, но оклик, полный злости и ехидства, заставляет его замереть.
-А вот Роб не ушел бы! Он бы сказал что-нибудь умное или улыбнулся бы. А ты… тебе же плевать, да? На меня тебе плевать! Нет, я сразу это понял!- Гамлету нравятся психологические моменты, срывы, истерики. Он любит трагедии с резким переходом в фарс,- Ты даже не отреагировал, а я ведь тебе прямым текстом сказал, что был с другим!- на щеках у Гамлета появляются красные пятна. Глаза блестят от оживления и злости.
Но злость Гамлета – пусть пафосная, пусть трагичная – это лишь огонек свечи… когда чувствуешь, что внутри тебя тлеет целый костер.
Максим разворачивается, еще и сам не до конца понимая, что хочет сделать. Перед глазами муть, и только лицо Гамлета кажется четко очерченным, словно выписанным для иконы. А потом резким, быстрым движением отвешивает Гамлету пощечину. Звонкую, как любимый голос, постоянно нарушающий эту тишину. Если он не будет нарушать – проще сойти с ума.
-Этого ты хотел?- в голосе Макса можно плавить металл,- этого добивался?
Он хватает Гама за плечи и встряхивает его с четким ощущением, что вместе с дуалом встряхивает и себя самого. Очнись, успокойся. Он же рядом.
-Мне не плевать. Не плевать, ты слышишь,- и не в силах справиться с собой, добавляет,- И чтобы с Робом общался только в мое присутствие, ясно?
Легко касаясь кончиками пальцев горящей щеки, Гамлет только потрясенно кивает.
Вообще-то сегодня он пил в одиночестве…